Поединок (1910)

Поединок

Действующие лица:

Ромашев – арт. театра Корша А. Лесногорский.
Николаев – арт. Импер. театра Н. Васильев.
Шурочка, его жена – арт. Народн. оперы З. Мамонова.
Один из офицеров арт. театра Зимина – Н. Веков.

Немало в русской литературе описаний быта армии и на войне, в походах, и в мирное время, среди казарменной обыденщины.

В числе их не редкость встретить то подавляюще-стихийное движение войск в бою, то фотографически точное воспроизведение порою мелочных деталей стоянки на бивуаке, наряду с тяжкой душевной драмой или героизмом отдельных личностей, очерками походной жизни или веселыми сценками из солдатского быта.

Но А. Куприн в своем «Поединке» использовал эту тему под иным углом зрения: он раскрывает перед нами внутреннее содержание, духовную жизнь руководителей армии – офицеров, когда они находятся, так сказать, «у себя дома», в будни серенькой, полной сплетен жизни захолустного городка, где стоит полк.

Мы не будем, конечно, касаться того, насколько это удалось нашему талантливому писателю, который и сам принадлежал к этой среде когда-то. Литературная критика уже давно высказалась на эту тему, а мы теперь напомним те сцены, которые входят в состав предлагаемой картины.

Ежедневное ратное учение близится к концу. Фельдфебель усиленно занят вразумлением своих подчиненных, а чуть поодаль за ходом дела наблюдает герой повести подпоручик Ромашов, которому уже давно наскучило однообразие солдатской муштры. Но, наконец, стрелка часов доползла до того момента, когда можно прекратить занятия и скомандовать «разойдись». Ромашов спешит домой, бросает на руки денщику фуражку и пальто и торопливо читает присланную ему записку с приглашением на пикник в честь жены Николаева, которая сегодня именинница.

Надо ли говорить, что Ромашов едет, так как он давно и сильно любит ту, которую он про себя зовет Шурочкой. Потом мы на веселом пикнике, куда участники едут на целой веренице экипажей и где пируют под открытым небом, осушая стаканы за здоровье именинницы… После закусок общество разбилось на группы и разбрелось. Ромашов оказался вместе с Шурочкой… Все дальше и дальше уходили он в глубь рощи. И вот на заброшенной скамейке происходит объяснение в любви. Ромашов получает первый поцелуй и пишет на веере Шурочки слова «люби и не забудь», ставшие впоследствии для него роковыми. Николаев, давно ревновавший жену к Ромашову, все время ждет случая придраться, его ждать долго не приходится. Однажды, когда после большого кутежа в комнате офицеров встретились Николаев с Ромашовым, один из офицеров показал Николаеву веер, который был забыт во время пикника Шурочкой. И возбужденный Николаев даст Ромашову пощечину… Враги бросаются друг на друга, хватаясь за шашки… но их разнимают, заставляя вспомнить, что офицеры должны иначе сводить свои счеты… Суд общества офицеров находит, что поединок – единственное средство для восстановления чести врагов. Итак, они сойдутся у барьера… Накануне дуэли Ромашов сидит один дома. Он много думал о происшедшем и чувствует, что его моральный долг отказаться от поединка, хотя бы ценой ухода из полка, так как бесчестно рисковать двумя жизнями из-за ссоры. И вдруг входит она, Шурочка… Она взволнована… Чего хочет она? Просто отказаться от дуэли? Но нет, только того, чтобы он, Ромашов, не убивал ее мужа.

Николаев должен сделать карьеру, ведь он пойдет в академию… без дуэли тоже нельзя, иначе это будет пятном на его мундире… И Ромашов дал слово выстрелить в воздух.

Шурочка подарила его одним только часом мимолетной, но полной взаимности. Эта женщина любила Ромашова, но желание выбиться путем карьеры мужа из убожества армейской жизни в ряды блестящих баловней судьбы – было для нее дороже всего на свете… А наутро пуля Николаева положила на месте противника…